Украине е Сербия, чи Украина еште Косово?

60 Views No Comment

Risk

Ведущий украинский журналист Виталий Портников написал статью “Всё начинается с Косово”, в которой предостерегает от новых переделов государственных границ в мире, на основании того что такие переделы в последние годы происходили в рамках огромных несправедливостей, агрессии и как правило, с участием Кремля. Позволю себе с чрезвычайно мною уважаемым автором не согласиться.

 
Предложение сербской стороны о фактическом признании потери Сербией Косова кроме густо населённых этническими сербами районов, представляется вполне резонным и взвешенным. Если люди не хотят жить вместе, пускай мирно живут рядом, каждый в своей “национальной квартире”. Довод о том, что раздел СССР, Югославии и Чехословакии проводился по границам именно “союзных” республик, то есть формально имевших право быть независимыми образований, отдаёт излишним формализмом и легализмом, ибо даже обладание мест в ООН УССР и БелССР не меняло того факта, что эти республики были по сути фиктивными, марионеточными, а их членство в ООН–пиаром Совка. К тому же, Виталий исходит из необоснованного подхода, что обе стороны тех или иных изменений границ имеют примерно схожие уровни правоты. Для человека, как мало кто яростно борющегося с кремлёвским влиянием в Украине, это странный подход.

 
За последние годы мы видели массу не то что изменений границ, а созданий вновь независимых государств зачастую именно из территорий, отторгнутых от “метрополий”, по мнению населения этих территорий и международного сообщества, относившихся к этим территориям недопустимо. Не говоря уж о том что актом такого “неуважения к признанным границам” было создание США и практически всех других независимых экс-колониальных держав за последние два с половиной века–от действительно ранее не имевших места быть, прежде всего стран Западного полушария, вроде Бразилии (оставим Мексику с Перу пока в стороне, ибо у них была доколониальная гос.история), и до Индии и Ирландии с Египтом, или стран Балтии и Польши с Финляндией, обретших независимость в пылу российской гражданской войны–стоит вспомнить такие совсем недавние случаи, как Эритрея, Южный Судан, Восточный Тимор и т.д. Ну правда, последний изначально признавался ООН как независимое государство, оккупированное Индонезией, но с точки зрения самой Индонезии это всего лишь её провинция, отличная только тем что там говорят по-португальски. Также, кстати, как Кувейт с точки зрения Ирака, или вернее его тогдашнего лидера Саддама Хуссейна–19-я провинция этой страны. Где же граница границ, так сказать–критерий, делающий по-настоящему изменение границ и нарушение/поддержание территориальной целостности?

 
Думаю, она лежит в области реалий “на местах”. Отнятие некогда признанных территорий например у Германии после двух мировых войн, и особенно после 2й, было вполне обоснованно, и легально и морально, так же как у Японии–даже если Сталин нарушил данные где-то когда-то обязательства, врядли можно серьёзно винить его и возглавлявшееся им государство в данном конкретном случае в “оттяпывании” Кенигсберга и Курил, этих географических мелочей в “компенсацию” за преступления стран Оси, в том числе против самого СССР.  А вот например, обретение независимости Чечнёй, после того что с ней было сделано ДВАЖДЫ в 90-е, было бы вполне обоснoванно. Врядли можно серьёзно относиться к претензиям на независимость Юго-Осетии и Абхазии, да и Приднестровья, созданных по указке из Кремля, изгнавших со своей территории немамлое количество несогласного с этими решениями населения, и к тому же пришедших в состояние полной социальной руины–а вот Карабах, например, совсем другая история. Я лично всегда считал, что решение этой проблемы могло бы быть примерно таким же, как и предложенное сейчас решение косовской: Азербайджан мог бы признать независимость основной части автономии, возможно даже с воссоединением её с “собственно Арменией”, а в обмен получить полосу территории, сейчас принадлежащей самой Армении, которая связала бы территории “материкового” Азербайджана и его Нахичеванской области. Также как обмены населениями, например осуществлённые некогда между Украиной и Польшей и между Турцией и Грецией, обмены территориями вполне допустимы.

 

 
Ещё один конфликт, который можно было бы разрешить таким способом–Кашмир: часть, населённую восновном мусульманами, отдать Пакистану, а индусами–Индии. Между прочим, позволю ебе напомнить что как-раз Кашмир это случай удержания силой со стороны одной из великих и недавно ещё колонизованных держав, территории в нарушение изначально намеченных с помощью той же ООН, бывшей метрополи–Великобритании и других посредников, способов урегулирования проблемы, по которым референдум должен был решить принадлежность штата. Референдум решил вопрос в пользу Пакистана, местный князь испугался и пригласил индийские войска, и с тех пор Индия вобще считает Кашмир и Джамму полностью своими. При этом будучи вынуждена прилагать страшные силы и средства для поддержания этой претензии и контроля за регионом.

 

 

Или вот Курдистан–разорванная между несколькими государствами территория проживания древнейшего и некогда влиятельнейшего народа, потомков Мидян, деливших некогда Вавилон с персами, то есть иранцами; народа, давшего миру Саладдина и массу других выдающихся личностей. Неужели этой нации так и суждено мыкаться между Турцией, Ираном, Ираком, Сирией, Азербайджаном и т.д.? НЕ ВЕРЮ! Великий 40-миллионный народ своей независимой государственности абсолютно заслуживает, и думауу достаточно скоро её получит, скорее всего–на территории Иракского Курдистана, поскольку у Багдада контролировать этот регион всё равно нет возможности; ну а туркам придётся понять в какой-то момент, что именно наличие курдского “националього очага” может вовсе не усилить а ослабить террористическую напряженность в самой Турции.

 

 
Есть и ситуации, когда вобще нельзя толком сказать, чья позиция более легально обоснованна: например, Западная Сахара это террuтoрuя с собственными правами, народ с собственным “я”–как многие там сами считают–или неотъемлемая часть Марокко? Заметим, что в ряде случае вроде этого, отдельная идентичность появляется именно в результате колониального правления: кто бы слышал про западносахарский народ и его движение освобождения (Фронт Полисарио), если бы эта вобще не очень населённая земля не была одно время испанской колонией? То есть: нации, народы бывают самые “древние” и самые “свежие”, “естественно создавшиеся” и “искусственно”, но важно то, как они сами себя видят.
Если же взять и то же Косово, и Южный Судан, и Эритрею, то их независимость стала следствием либо коллапса в “метрополии”, как это было в третьем случае, или откровенного угнетения а то и просто попыток геноцида со стороны этих самых “метрополий”, как в первых двух. В случае Чечни о таком отношении центра вполне можно говорить, как и в Косове, в случаях же ЮО, Абхазии, ПМР, ДНР–если не давать легитимности кремлёвскй и союзной с ней пропаганде, вроде телесюжетов о распятых мальчиках и т.д.–нет.

 
Нет правил без исключений, тем более в такой сложной и заковыристой сфере как международная политика. Иногда именно нарушение принятых правил поведения и решения проблем, а то и закона, становится единственным способом этот закон и элементарную человечность поддержать. Это касается и принципов нерушимости границ: есть время для всего, как сказал царь Соломон, включая уважение существующего положения, и его изменение. Судьба Украины в балканской ситуации гораздо более схожа с судьбой именно Косова, а до того–“союзных” республик, подвергшихся атаке слободановского режима начиная с 1990-91 годов, Хорватии и Боснии, а не с судьбой Сербии, оказавшейся волей жестокой судьбы в роли этакого мини-СССР/России Путина. И страшиться схожих сценариев развития событий Украине не стоит.

 
Ибо законность и приемлемость для мира изменений государственных границ основывается на нескольких критериях: таких, как а)обращение “центра” с регионом и его населением; б)наличие сил у региона и/или поддерживающих его сторон для обретения и удержания независимости и вобще функционального общества, попросту говоря его элементарной жизнеспособности; в)перспективы развития самого новосозданного государства. То есть: есть ли причины независимости, есть ли силы её отстоять, и есть ли шансы построения лучшей жизни. Если ещё короче–как тому или иному региону и населению лучше: с одной страной, с другой или самим по себе. При всех трудностях, и Косово, и Эритрея, и Карабах и даже Южный Судан врядли могли продолжать существовать в едином государстве и обществе со своими “метрополиями”–а Крым, Донбасс, Приднестровье, Абхазия и т.д.–вполне. Более того, иногда разность интересов и идентичностей столкнувшихся общин перевешивает даже шансы на лучшую материальную жизнь, например когда колониальное правление даёт лучшие экономические условия но ведёт к моральному унижению. Например, так было с Францией и Алжиром, или с правлением белого меньшинства в таких странах как ЮАР или Зимбабве.

 
Факт в том, что границы менялись всегда, это вещь вовсе не статичная а очень даже динамичная, и решение проблемы лежит не в полном отказе от периодических перекроек границ суверенных государств, а в том чтобы перекраивались они в соответствии с интересами справедкивости и возможностей улучшения жизни людей и территорий. Каковые условия включают в том числе и элементарную национальную гордость. Незыблемость границ и “суверенитет” не должны быть священными коровами. Тем более что последняя концепция вобще сегодня широко используется нарушителями свобод, и просто элементарными преступниками.

 
И последнее. Сам Портников нередко говорит что по сути ждёт коллапса нынешнего российского государства. А в случае такого сценария (не будем сейчас рассуждать насколько он вобще вероятен, тут есть самые разные мнения) вполне возможно отложение от российского центра самых разных регионов, особенно окраинных и в частности граничащих с той же Украиной: Кубани, Белгородчины, Курщины и т.д. Если нынешняя Российская федерация начнёт повторять путь позднего СССР, и упомянутые регионы вспомнят о своей связи с Украиной и начнут смотреть на неё как на альтернативу нахождению в не очень гладко обходящейся с нини и тем более потерявшей способность нормально функционировать российской государственностью–кто посмеет отказать, к примеру, Краснодару как минимум в независимости от Москвы, а как максимум в присоединении к Киеву? Ни я, ни думаю Портников точно не посмеем.

About the author

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked (required)

NEWSLETTER